Следственный комитет при Генпрокуратуре заявил о завершении расследования убийства Анны Политковской. Обвинения предъявлены троим подозреваемым. Дело в отношении экс-главы Ачхой-Мартанского района Чечни Шамиля Бураева, обвинявшегося в пособничестве убийству, прекращено. Эксперты, адвокаты и правозащитники увидели много странностей и противоречий в заявлении СК.

Следственный комитет заявил, что обвинения в совершении убийства предъявлены Сергею Хаджикурбанову, Джабраилу и Ибрагиму Махмудовым. Еще одному фигуранту дела, Павлу Рягузову, предъявлены обвинения в совершении (вместе с Сергеем Хаджикурбановым) таких преступлений, как превышение должностных полномочий и вымогательство 10 тысяч долларов.

В отдельное производство выделено дело в отношении предполагаемого непосредственного исполнителя убийства, Рустама Махмудова, который сейчас находится в розыске.

Без заказчика и исполнителя

Имя предполагаемого убийцы, Рустама Махмудова, назвали сразу в нескольких средствах массовой информации. Многих наблюдателей это насторожило.

Адвокат Анна Ставицкая, представляющая интересы семьи Политковской, комментируя заявление Следственного комитета, сказала Радио Свобода: «Расследование уголовного дела считается законченным. В суд передается дело и без заказчика, и без организатора и без непосредственного исполнителя этого убийства. Насколько я понимаю, сейчас передаются в суд материалы дела по нескольким фигурантам, которые имели не самое непосредственное отношение к этому делу. И, как я понимаю, следствие выделило материалы в отношении лиц, которых необходимо разыскать, то есть заказчика, организатора и исполнителя. У меня возникает вопрос - зачем именно сейчас передавать дело в суд, когда у следствия еще есть время, чтобы найти исполнителя, о котором уже так громогласно заявляют во всех СМИ, что он известен, но пока не пойман? У следствия еще есть время, чтобы расследовать и дальше это дело, а не передавать его в таком виде в суд».

 Ставицкая не понимает, зачем так широко растиражировали имя предполагаемого убийцы. Ведь ясно, что таким образом у него появляется возможность скрыться, спрятаться. Более того, говорит Ставицкая, «только после того, как я ознакомлюсь с материалами дела, будет понятно, причастен ли этот человек к преступлению или нет. Его уже называют исполнителем убийства, но пока доказательства не предъявлены».

Утечки в ходе следствия

Поспешность и громогласность заявлений СК вызывает нарекания и у президента фонда «Защита гласности» Алексея Симонова: «С одной стороны, я очень рад, что следствие объявило окончание первого этапа. Как я понимаю, то, что они сообщили, свидетельство того, что расследование не закончено. Убийца не пойман; он находится в розыске. Есть еще два-три человека, которым должно быть предъявлено отдельное обвинение. Соответственно, это промежуточный этап. Однако у меня ощущение, что промежуточным этот этап стал не потому, что следствие не смогло  сделать то, что ему поручено, а в силу странных и довольно двусмысленных утечек информации. Утечки были и из Московского городского суда, и от Генерального прокурора, и из каких-то якобы случайных газет. У меня ощущение, что это если и не пиррова победа следствия, то победа с весьма ограниченными последствиями. Во всяком случае, для того чтобы это было окончательной победой, следствию предстоит еще потрудиться».

Российская власть, несмотря на перемены в Кремле, не поменяла официально свою оценку деятельности Анны Политковской. Симонов сказал Радио Свобода, что предстоит большая работа с общественным мнением, которое только и знает, что вот, «был такой журналист, Анна Политковская, чье имя Путин произносил сквозь зубы».

Громкое имя

Секретарь по информации и правам человека Международной федерации журналистов Рейчел Коэн говорит, что, по ее мнению, как раз громкое имя у Анны Политковской было: «Если говорить о ее журналистском наследии, то мы всегда будем вспоминать Анну как человека, оставившего очень сильный след в профессии. Так будет и в международной среде, и в национальной. Наши российские партнеры, Союз журналистов России, в 2006 году были страшно потрясены ее убийством. Союз сделал много для того, чтобы ее имя осталось в истории, а ее наследие было изучено. Мне кажется, что Анна была известной журналистской, что ее смерть отозвалась болью и в российском обществе тоже. Эта реакция в дальнейшем, возможно, послужит причиной и для изменения мнения официальных властей России о роли Анны Политковской в истории российских средств массовой информации».