В Грузии проходят выборы в парламент. Возглавляемая президентом Михаилом Саакашвили партия «Единое национальное движение» до сих пор была в Грузии правящей. Изменят ли картину сегодняшние выборы, зависит от того, насколько успешными оказались усилия оппозиции к объединению. И нынешней грузинской власти, и ее противникам приходилось выступать на одном политическом поле - отношения с Россией, конфликт с Абхазией. Об этом в интервью Радио Свобода рассказал эксперт Московского центра Карнеги Алексей Малашенко:

- Если говорить о взаимоотношениях России и Грузии, есть ли предпосылки для того, чтобы это все переросло в горячую фазу?
-  Я думаю, что России это категорически невыгодно, потому что даже если начнется военное столкновение и даже если северокавказские добровольцы и миротворцы, и все прочие разгромят грузинскую армию, то это будет такая пиррова победа, что лучше об этом не думать. Если проиграют, что невозможно, будет лучше или хуже, но будет тоже очень плохо. Поэтому Россия в любом случае железно не заинтересована в этом военном конфликте. Я думаю, что его все-таки не будет. В отношении Грузии я думаю, что на 99% Грузия тоже не заинтересована, но при определенной ситуации Саакашвили может в это поиграть. То есть не то что какая-то масштабная, тотальная война, но достаточно заметное военное, очень короткое, яркое противостояние. Почему я так думаю? Потому что у меня такое ощущение, что ему все-таки нужно показать свою последовательность на этом направлении. Уж если выхода нет, тогда давайте воевать. Даже если он проиграет, у него все равно останется в обществе имидж того человека, который не поступается принципами. Но я повторяю, что если для России на 100% это невыгодно, это невозможно, то здесь на целых 99. Конечно, можно исходить из одного процента, но он маловероятен.

- А перспективы улучшения отношений какие-нибудь есть и может ли быть выбрана, как повод, смена главной персоны в России, чтобы немножко снижать риторику, или стратегически России важно такое тлеющее состояние перепалки с Грузией поддерживать?
- Откровенно говоря, я в отличие от прошлых лет, уже не вижу, чтобы у Росси был какой-то интерес для поддержания вот этой самой перепалки. Я даже думаю, что то, что пришел Медведев вместо Путина, это не самое главное, почему так или иначе Россия постепенно и мучительно будет менять свое отношение. Дело в том, что сейчас, если эти проблемы  решаются в треугольнике, то есть Россия-Грузия-Абхазия, не говорю про Южную Осетию, то я думаю, что это постепенно будет преобразовываться в такой квадрат. Будет появляться четвертая сила. Что это за сила? Ну, мы это прекрасно видим. Давайте ее условно назовем «Запад». Это может быть Европа, может быть Америка, но это Запад. И вот тут может возникнуть очень пикантная коллизия, и она уже возникает. Постольку поскольку на Западе прекрасно понимают ушлые люди и специалисты, что Абхазия никогда не вернется в Грузию, что это просто невозможно, то они начинают вести какой-то торг уже непосредственно с абхазами. До нас доходят отдельные слухи. Мы знаем, что туда постоянно кто-то ездит. И вот в этой ситуации могут возникнуть некие новые процессы или даже некий новый концепт, что Абхазия - это, в общем, уже не Грузия, но это, конечно, не Россия, что это что-то такое независимое под крышей, скажем, Совета Европы. Вот в этой ситуации действительно что-то может произойти. Потому что я думаю, что Грузия хочет в НАТО, она тоже должна какие-то условия соблюдать. И если будет оказано, с одной стороны, давление на Грузию, а с другой стороны, вот эти интриги в Абхазии, тут ситуация может поменяться. Мне кажется, что Россия это прекрасно понимает, что Россия бы этого не хотела, тем более что если, допустим, четыре года тому назад или даже два года тому назад, когда говорится про независимость Абхазии, ясно было, что это кусок России, там все куплено и так далее. Но тем не менее там всегда были люди, которые действительно хотели бы быть независимыми. Такая совсем маленькая-маленькая независимая, но в очень хорошем климате расположенная страна. Вот если этот самый процесс появления четвертой стороны пойдет и идея будет такая, что Абхазия будет существовать непонятно в каком виде, но как бы уже и не в грузинском, вот это будет очень интересно.