Прежний закон об исполнительном производстве был принят в 1997 году и с тех пор нуждался в усовершенствовании. В том же 1997 году начинающий коммерсант Дмитрий Головин открыл предприятие проката строительных инструментов без залога. Если недобросовестный человек не возвращал инструмент предприятию, то на него подавалось заявление в суд, который, естественно, выигрывался, а судебные приставы обязаны были заниматься исполнением решения суда. Но не тут-то было, говорит Дмитрий Головин: «Где-то к 1999 году я понял, что Служба судебных приставов в Свердловской области просто не работает. Около 2000 года я начал жаловаться. Жаловался с переменным успехом года до 2005-го».

Однажды Дмитрий, основавший уже к этому времени некоммерческое партнерство «Комитет-101», призванное как раз бороться с нерадивостью государственных структур, оказался в одном самолете с помощником президента страны, с которым они разговорились и которому были переданы все документы, касающиеся длительной тяжбы Головина со Службой судебных приставов. И дело с мертвой точки сдвинулось: «Все это прошло через администрацию президента, потом прошло через министерство юстиции, спустилось сюда. И вся ситуация выглядит таким образом, что по индивидуальному предпринимателю Головину раз в квартал каждая районная служба судебных приставов пишет отчет в город-герой Москву».

Случай Дмитрия Головина, безусловно, частный, но если он привел к тому, что служба судебных приставов, пусть и в отдельно взятом регионе, заработала, это уже можно считать положительным результатом. Закон о борьбе с должниками нужно ужесточать, считает Головин, тем более что среди них бывают весьма небедные люди: «Законодательство, которое у нас есть, оно выступает на стороне должника: задолжал, конечно, с одной стороны, но с другой стороны, он же бедный, несчастный, как мы можем его лишать последнего телевизора, как мы можем его лишать последнего автомобиля. Но если у него последний телевизор - это плазма метр по диагонали, если у него последний автомобиль - это "Роллс-ройс"?»

Государство обязано стоять на защите и своей собственности, и собственности частной, Дмитрий Головин в этом убежден. И вступившее в силу нововведение - еще один шаг на этом пути: «Это не прорыв, это шаг в сторону ужесточения законодательства в отношении должников. Это означает, что у нас страна все-таки поворачивается лицом к капитализму. Это можно только приветствовать. Следующий шаг наверняка будет лишение права управления транспортным средством должников, и это повысит финансовую дисциплину среди населения».

Прогноз, данный председателем екатеринбургского «Комитета-101», вполне может сбыться: те новшества, которые должны заработать с 1 февраля, были направлены в Государственную Думу именно «Комитетом-101» еще три года назад.