26 января в Лондоне состоялось открытие для широкой публики выставки под названием «Из России: французские и русские шедевры 1870-1925 годов». Одно время казалось, что широко разрекламированная выставка не состоится из-за отказа российских властей дать разрешение на ее проведение без беспрецедентных дополнительных гарантий сохранности картин.
Скандал с выставкой живописи из российских музеев придал этому культурному событию оттенок события общественного и даже политического и вызвал огромный ажиотаж в британской столице. В субботу 26 января — в день открытия выставки для широкой публики — у входа в Королевскую академию искусств на Пиккадили выстроилась почти километровая очередь. Билеты на выставку были мгновенно распроданы до середины февраля. Если ажиотаж сохранится, то до 18 апреля, когда выставка закроется, ее посетит не менее миллиона зрителей.
Беспрецедентным по своему масштабу был и предварительный показ выставки для прессы. 22 января в зале, где проходило официальное открытие выставки, собралось не менее восьмисот представителей СМИ. Это был своего рода национальный рекорд. Первоначально, когда выставка задумывалась и улицы Лондона запестрели плакатами с репродукцией эрмитажной картины Анри Матисса «Танец», прошел слух, что выставку откроют Владимир Путин и британский премьер Гордон Браун. Однако после скандала с закрытием отделений Британского совета в России статус открывающих выставку официальных лиц был значительно снижен. Выставку открыли британский министр культуры Джеймс Пернелл и посол РФ в Великобритании Юрий Федотов. Сразу после открытия в девяти залах, где размещены 120 картин из четырех российских музеев (Эрмитажа, Третьяковки, Русского музея и Музея имени Пушкина), стало тесно от хлынувших туда журналистов.
Среди привезенных из России картин — работы Репина, Левитана, Серова, Нестерова, Поленова, Петрова-Водкина, Малевича, Кандинского и огромная экспозиция французской живописи, конфискованной после революции у российских меценатов Сергея Щукина и Ивана Морозова. Кстати, присутствовавшие на открытии выставки приехавшие из Франции потомки и наследники Щукина и Морозова Андре Делок-Фурко и Пьер Коновалофф заявили, что не требуют возврата картин, а хотели бы получить лишь денежную компенсацию.
Именно страх перед претензиями наследников Щукина и Морозова заставил российские власти пойти на скандал и объявить, что выставка не состоится, если Россия не получит дополнительных юридических гарантий неприкосновенности ввозимых в Англию картин. Британское правительство в срочном порядке (буквально за несколько дней) инициировало принятие закона, гарантирующего юридическую неприкосновенность иностранных произведений искусства. О том, повлиял ли скандал вокруг выставки на ее проведение в Лондоне, Радио Свобода рассказала ее куратор Энн Дюмас.
— В конце концов никак не повлиял. Однако он был источником огромного беспокойства и тревоги непосредственно до открытия выставки. Русские требовали юридических гарантий от британского правительства, что картины не будут кому-либо переданы во время пребывания в Британии. Еще перед самым Рождеством мы были уверены, что выставка не состоится.
Это очень важная выставка, и прежде всего потому, что на ней можно увидеть замечательные французские картины из коллекций русских коллекционеров Щукина и Морозова. Многие из них никогда не экспонировались в Британии, в частности, одна из самых знаменитых картин выставки, «Танец» Анри Матисса 1910-го года, а также его «Красная комната».
— Лежит ли в основе выставки какая-то тематическая концепция?
— Да, выставка представляет собой определенную концепцию. Это рассказ о взаимоотношениях русской и французской живописи с 1870-го по 1925 год. Началась эта связь с влияния на русскую живопись французской в конце XIX века, в частности, ее барбизонской школы. Здесь примером могут послужить пейзажи Левитана, который был знаком с этой школой. Многие русские художники посещали Париж и учились там. На выставке есть специальный зал, где собраны работы русских художников, работавших в Париже и изучавших там кубистские работы Пикассо и Брака. Однако они не копировали французскую живопись, а лишь учились у нее. Их интерес к ней сочетался с интересом к русскому искусству, особенно к его фольклору. И вот это сочетание и создавало очень индивидуальное, полностью русское искусство, хотя оно и многому научилось у Франции.
