Роскомимущество пытается пересмотреть договор с Центральным домом актера и передать его в оперативное управление Росохранкультуре. Актеры обещают защищать Дом всеми имеющимися силами, забастовками, пикетами и неявкой на президентские выборы.

Прежде Дом актера располагался не на Арбате, а в здании возле памятника Пушкину. В 1990 году здание сгорело. Театровед Борис Поюровский говорит, что это был поджог, что страховку Дом актера не получил: «Вместо этого, благодаря усилиям очень многих людей, которые добились приема у первого президента России Бориса Николаевича Ельцина, был подписан указ о передаче этого здания на 49 лет во владение Дому актера. Сперва было подписано распоряжение. Но Мария Владимировна, которую научили юристы, сказала Борису Николаевичу — знаете, распоряжение можно отменить, нельзя ли, чтобы вы подписали указ?»

Не сказать, что все 17 лет Дом актера жил на Арбате спокойно. Еще при жизни Марии Владимировны Мироновой предпринимались попытки вселить в здание еще одну организацию, но атака была отражена. Но 28 декабря 2007 года в Доме актера появились люди с бумагой, предписывающий передать Дом актера в оперативное управление Росохранкультуре. Их встретил Владимир Этуш, временно, в связи с болезнью директора Дома Маргариты Эскиной, исполняющий ее обязанности: «Я первый принял этого самого представителя от Росохранкультуры. Он со мной не хотел разговаривать. Он сказал — предъявите ваши полномочия».

На появление визитеров актеры ответили открытым письмом к президенту Путину. Еще в октябре они обращались к премьер-министру. Не дождавшись реакции, собрались в Доме актера. Большой зал был переполнен — от Владимира Зельдина до Дмитрия Певцова, от Николая Сличенко до Геннадия Рождественского, от Николая Губенко до Эльдара Рязанова. Все они — актеры, режиссеры, директора театров, певцы, композиторы, дирижеры — пришли для того, чтобы защищать Дом актера. Именно стараниями Николая Губенко в свое время Дом актера занял помещение на Арбате: «Здесь хотят разместить очередную бюрократическую структуру. Что мы можем сделать в данной ситуации? Мы можем сложить все свои ордена и медали, прибегнуть к забастовке, не участвовать в выборах президента. Мы можем обратиться к Роману Абрамовичу, чтобы он оплатил стоимость этого здания и подарил это нам. Все».

Говорит Юрий Соломин: «К Борису Николаевичу по-разному можно относиться, но это первый президент России, который подписал указ. Это отменяется указ президента!»

О законе также говорил Валерий Баринов: «Я вышел сюда только для того, чтобы сказать, какая парадоксальная ситуация. Если мы пойдем с плакатами к Белому дому, то только затем, чтобы отстоять законность в этом государстве».

Эльдар Рязанов сравнил действия Росимущества с рейдерским захватом: «Думаю, вот как сейчас себя ведет Роскомимущество? Мы живем в эпоху, когда какие-то полубандитские формирования, которые называются рейдеры, вваливаются в учреждения, и беззаконно их оккупируют, занимают. В данном случае Роскомимущество ничем не отличается от этих рейдеров. Они подписывают преступные бумаги. Мы должны сегодня просто продемонстрировать, что мы стоим плечом к плечу и не позволим этим отнять этот дом. Я себе представляю замечательную идиллическую картину, дай бог, чтобы она не состоялась, как около Белого дома стоят замечательные лица — Сличенко, Соломин, Ширвиндт, Фоменко, Максакова, нас много, Борисова, Этуш — с плакатами "Руки прочь от Дома актера!" Это же позор для всей страны, если такое состоится!»

Композитор Владимир Дашкевич предложил немедленно организовать забастовочный комитет, а Юлия Борисова призвала зал выразить доверие Маргарите Эскиной, что и было сделано. А теперь послушаем Людмилу Максакову: «Если сегодняшнему президенту неинтересно, как он живет и в каком окружении, то у него есть две очаровательные девочки. Может быть, эти две девочки не захотят учиться в Сорбонне, Оксфорде и в Гарварде. А, может быть, отучившись там, они не захотят жить в Нью-Йорке, Лондоне и Париже. И когда эти девочки, отучившись, приедут сюда, а здесь уничтожат все культуру, Дом актера, снесут все к чертовой матери, то эти девочки вынуждены будут взять кость в зубы и греться голые у костра!»

Людмилу Максакову поддерживает Валентина Талызина: «Дмитрий Анатольевич Медведев. Я не буду за вас голосовать, если вы этот Дом отберете у артистов».

Еще выступал советник Министра культуры, профессор Богданов, и он поддержал актеров, но самого Александра Соколова не было, не было никого из Федерального агентства по культуре, никого из Росимущества, никого из Росохранкультуры.

Высокие начальники в отдельных кабинетах объясняли, что Росохранкультура претендует только на те помещения, которые Дом актера сдает в аренду. Они не сообщали, что на вырученные деньги Дом актера проводит творческие вечера и выступления театров России и СНГ, что благотворительная деятельность Дома неоценима, что в свое время Дом актера позволил встать на ноги театрам Калягина и Джигарханяна, Сергея Женовача и Мастерской Петра Фоменко. Наверное, забыли. Зато помнит Петр Наумович: «Я являюсь кавалером орденов Владимира IV, III и II степеней. Я должен буду поблагодарить и отказаться от этих высоких званий».

Будем надеяться, что хотя бы до этого не дойдет, и что актерам в очередной раз удастся выиграть сражение.